Житие священномученика Павла Чернышева: Христос – моя сила

Христос – моя сила
Житие священномученика Павла Чернышева
(1861–1918)
День памяти: 7/20 июля

«Господи, возлюбих благолепие дому Твоего…» Род Чернышевых

Отец  Павел Чернышев, настоятель Успенского  храма в Ново-Уткинском заводе, будущий священномученик, с самого детства желал служить только Богу. Нет ничего слаще этого служения. Так его научили, так он чувствовал сам.

Он происходил из семьи потомственных священнослужителей. Прадед его был диаконом, дед Никита Евфимович – священником. Священником стал и отец – Иоанн Никитич.

Иоанн Чернышев был младшим сыном в семье. Глядя, как отец, священник Никита, молится в алтаре, он мечтал так же стоять у престола, возглашая: «Благословен Бог наш!» – самые сладостные в мире слова. «Нет ничего на земле святее, выше, величественнее, торжественнее, животворнее литургии! Храм, в это особенно время, бывает земным небом, – священнослужители изображают Самого Христа, Ангелов, Херувимов, Серафимов и апостолов», – так писал праведный Иоанн Кронштадтский. Иоанн Чернышев чувствовал то же самое: нет ничего на земле выше и святее литургии, а священник во время служения ее подобен Ангелу… В 21 год Иоанн окончил семинарию и женился на хорошей, доброй девушке Александре Александровне Смышляевой, которой было тогда 16 лет. Через два года Иоанн был рукоположен в священники.

Жизнь молодой семьи началась с подвига: они поселились в селе Новом Камышловского уезда, где тогда еще не было храма, и именно на плечи юного батюшки легли все заботы о его постройке. Несколько лет отец Иоанн совершал богослужение «в походных условиях». Но для ревностного священника богослужение всегда праздник – где бы ни пришлось служить.

Именно в это время, 29 декабря 1861 года, в морозный зимний день, в семье батюшки родился первенец — будущий священномученик Павел. Крестили новорожденного в первый день 1862 года.

Когда мальчику было пять лет, отец Иоанн достроил в селе Новом каменный храм в честь Казанской иконы Божией Матери. Какая это была радость для всех прихожан и как они благодарили отца Иоанна! Им казалось, что в новой церкви они как в раю. Батюшка прослужил в этом храме шесть лет.

Потом семья священника переехала в село Логиновское Екатеринбургского уезда. Место это было красивое: в большом логе протекала речка (от этого лога и получило свое название село), главным украшением села был каменный Тихоновский храм. В Логиновском отец Иоанн преподавал Закон Божий в народной школе, одновременно он был назначен окружным духовником. Он был очень добрым, благоговейным и скромным пастырем.

Семья батюшки была большой и дружной: кроме первенца Павла, у отца Иоанна и матушки Александры родилось еще трое сыновей и семь дочерей — всего одиннадцать детей. Все сыновья: Павел, Афанасий, Михаил и Аркадий — стали потом священниками. Дочери Екатерина, Татиана, Анна, Елизавета и Мария выучились в Екатеринбургском епархиальном женском училище, а Галина и Любовь — в народном училище. Почти все они стали учительницами; две сестры, Галина и Мария, вышли замуж за будущих иереев.

В этой семье глубокая вера и верность православным традициям передавалась из поколения в поколение. Особым примером для всех детей Чернышевых был их дядя, родной брат отца, священник Павел Никитич Чернышев. Он служил в Петро-Павловской церкви Полевского завода больше тридцати лет и был необыкновенно самоотверженным и любвеобильным пастырем. Если в одном из соседних приходов священник почему-либо не мог поехать совершить требы, обращались всегда к отцу Павлу, и тот неизменно отзывался на просьбы. Ни ночь, ни холод, ни трудная дорога – ничто не могло ему помешать, когда ближние нуждались в его помощи. Прихожане очень любили и почитали своего батюшку. Сам он рассказывал как-то о себе: «Случалось, лишь успеешь отслужить обедню, идешь домой усталый, а там уж пять или более подвод (случай во время эпидемий), и так разъезжаешь допоздна; а там, глядишь, приехали или из Полдневской, или из другого соседнего прихода! И ездишь целую ночь, а днем опять сначала почти то же самое». В последние годы жизни батюшка страдал ревматизмом ног, но если по болезни не мог ехать на требы сидя — ехал лежа; если не мог влезть в повозку сам — просил ее наклонить. Никто никогда не слышал от него ни слова жалобы или ропота. Лишь когда он уже совсем не мог встать, просил другого священника заменить его. Скончался ревностный пастырь в 1891 году. Жизненный путь его послужил живым образом веры и благочестия для всех детей отца Иоанна Чернышева.

Вера и любовь к ближним, самоотверженность и мужество – с детства будущий священномученик Павел был знаком с этими добродетелями: перед его глазами были живые примеры, об этом он читал в житиях святых, этому учили его в семье. С детства он знал, что только с Богом человек может быть счастлив.

«Как влечет к Себе Господь…» Юношеские годы будущего священномученика

Семья отца Иоанна Чернышева была настоящей «малой Церковью», дети беспрекословно слушались отца и маму, старшие заботились о младших и с малых лет помогали родителям по хозяйству. В доме никогда не было скучно: вместе работали, вместе молились, вместе отдыхали, готовились к праздникам и встречали их.

Павел в сравнении с другими братьями и сестрами всегда считался «уже большим». Воспитывая младших, появлявшихся на свет один за другим, он с детства привыкал к уступчивости, внимательности и снисхождению.

В отрочестве ему пришлось оставить родной дом, чтобы начать готовиться к высшему на земле служению – священническому. Он поступил в Екатеринбургское духовное училище. Здесь же потом учились трое его братьев. Павел никогда не сомневался в избранном пути – он хотел стать священником. Окончив училище, он в 18 лет поступил в Пермскую духовную семинарию.

Семинария располагалась на высоком берегу Камы, из окон корпусов открывались прекрасные виды на полноводную реку и заречные просторы. Часто Павел смотрел, как отражается небо в спокойной воде, и вероятно, не раз ему приходило на мысль, что так и Бог отражается в сердце человека, когда оно мирно и чисто… В семинарии Павел особенно любил храм во имя святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова. По правилам, семинаристы должны были неопустительно посещать все воскресные и праздничные службы, приходя «непременно к началу богослужения». Но Павел Чернышев и без правил ходил бы в храм, он привык к этому с детства и не мыслил себе жизни без службы. О своей горячей любви к храму он мог бы сказать словами праведного Иоанна Кронштадтского: «Как влечет к Себе Господь через богослужебные песни, стихиры, каноны! Какое богатство горячего покаяния, сердечного умиления сокрыто в нашем богослужении!»

В будни юный Павел Чернышев усердно учился. Наук было немало: кроме богословских дисциплин, будущим священнослужителям преподавались философия, риторика, поэзия, гражданская история, география, арифметика, русский, греческий и латинский языки и другие науки.

Окончив семинарию, Павел нес свое первое служение в родном Екатеринбургском духовном училище; он исполнял там должность надзирателя. Он должен был следить за поведением и успеваемостью юных воспитанников, за их здоровьем, за тем, как они соблюдают правила нравственности и благоприличия. Со своими обязанностями Павел Чернышев справлялся прекрасно: будучи старшим ребенком в семье, он уже с детства имел привычку заботиться о младших братьях и сестрах, помогая родителям.

Добрый пастырь

В 23 года Павел Иванович женился на девице Еликониде Петровне. Родом она была из Западной Сибири, из богатой купеческой семьи. Еликонида Петровна была под стать своему супругу: хорошо образованная, интеллигентная. Она преподавала немецкий и французский языки. Из-за слабого здоровья для нее было опасным рождение детей, поэтому перед появлением на свет каждого младенца она ездила в Сибирь прощаться с родственниками. Павел и Еликонида очень любили детей и усердно молились Господу, чтобы Он даровал им чад. И Господь услышал их молитвы: у них родилось трое детей – Наталья, Елизавета и Николай. Постоянная молитва к Богу приносила и другой добрый плод – она умягчала сердца супругов, соединяла их любовью и еще более укрепляла в их душах веру.

12 июня 1886 года – эта дата стала самой торжественной в жизни Павла Ивановича Чернышева. В этот день исполнилось его заветное желание: он был рукоположен в священники.

Село Тамакульское Камышловского уезда находилось в живописном месте – при слиянии двух речек Суварыш и Атяш в 185 километрах от Екатеринбурга. Здесь начал свое служение отец Павел. С самого начала ему предстояли большие труды. В селе был каменный двухэтажный храм, но к тому времени, когда отец Павел поселился в Тамакульском, здание обветшало, в стенах появились большие трещины. В 1890 году пришлось разобрать колокольню и верхний этаж. Все хлопоты по обустройству храма легли на молодого батюшку. При этом он исполнял многочисленные требы, духовно окормлял своих прихожан, которых в то время насчитывалось около шести тысяч человек.

В 1891 году отца Павла перевели к Михаило-Архангельской церкви Ревдинского завода. Здесь его ждали новые труды: батюшка начал преподавать в церковноприходской школе. Кроме того, уже в следующем году отца Павла назначили на ответственную должность – он стал духовным следователем по второму округу Екатеринбургского уезда. Должность эта требовала такта, беспристрастия, терпения и снисхождения к немощам ближних, духовной рассудительности, отличного знания канонов и узаконений Церкви. Духовный следователь разбирал проступки своих собратьев — церковно- и священнослужителей. Назначение на это служение свидетельствовало об уважении к отцу Павлу сослуживцев и доверии духовного начальства.

В марте 1895 года семье Чернышевых вновь пришлось переехать — в Ново-Уткинский завод. Здесь батюшка служил больше двадцати лет, до самой своей мученической кончины…

Ново-Уткинский завод (ныне поселок Новоуткинск), раскинувшийся по обоим берегам реки Верхняя Утка, находится приблизительно в восьмидесяти километрах от Екатеринбурга. Отец Павел служил в каменном однопрестольном храме в честь Успения Пресвятой Богородицы. По воспоминаниям односельчан, он очень любил церковное искусство и благолепие храма. Для него храм был средоточием всего самого прекрасного, главным источником утешения и радости. Как писал праведный Иоанн Кронштадтский, «источник всякой истинной радости течет в храме, всякого истинного спокойствия и умирения совести, очищения, исцеления душевного и телесного, источник силы и бодрости душевной».

И отец Павел усердно украшал дом Божий. Деревянную ограду вокруг церкви он заменил на металлическую — узорчатую, с мраморными столбами, отремонтировал здание храма и позаботился об украшении его внутри живописными изображениями и различными орнаментами. Успенский храм был очень красивым, с изящной колокольней, красивым деревянным двухъярусным иконостасом, украшенным позолоченной резьбой. В храме было просторно, светло, чисто, кроме росписей его украшали многочисленные иконы. Отец Павел очень любил церковное пение, кроме того, он считал, что пение в храме прекрасно воспитывает душу, и поэтому постарался приобщить к пению местных крестьянских детей, организовав из них целый хор.

Отец Павел неустанно трудился: совершал службы, исповедовал прихожан, благоукрашал храм. Много лет он был благочинным второго округа Екатеринбургского уезда. Его заботами церковная жизнь в округе текла мирно и благополучно. Вот что он писал в одном из своих рапортов в начале XX века: «Почтительнейше долг имею доложить Вам, Ваше Преосвященство, что обозрение церквей вверенного мне округа состоялось в конце июня и в начале июля. При обозрении их найдено, что духовенство к исполнению своих треб относится ревностно. Долг законоучительства также выполняется усердно, что обнаружилось помимо обычных ревизий и при производстве мною выпускных экзаменов в 11 земских училищах и 4 церковноприходских. Экзаменующиеся давали довольно подробные и осмысленные ответы по Закону Божию. Отношения прихожан к духовенству хорошие, доброжелательные; неприязненных отношений не замечается. Те же доброжелательные и миролюбивые отношения и между членами причтов. Религиозное чувство простого народа не ослабевает, вместе с ним и любовь к храму не прекращается. О своих храмах он заботится, их, по мере своих средств, украшает. Храмы содержатся в чистоте и порядке».

Отца Павла часто назначали катехизатором, и он произносил в разных храмах проповеди, проводил беседы. Он говорил о жизни в Боге, о верности Святой Церкви, стараясь передать слушателям всю свою любовь и зажечь их сердца.

Ко всем, кто нуждался или попадал в беду, отец Павел относился с большим сердечным участием и милосердием. Однажды в его округе произошел несчастный случай. Псаломщик Николаевской церкви Мариинского завода Василий Старцев вместе с сыном поехал зимой в поле за сеном и не смог выбраться обратно, потому что лошадь ослабела от холода и трудного пути. Василий с сыном заночевали в стогу сена, причем отец отдал мальчику верхнюю одежду. Утром сын нашел отца мертвым. После кончины псаломщика его семья осталась без средств к существованию. Прихожане Николаевского храма, соболезнуя бедственному положению вдовы и шестерых детей, собрали для них около пятидесяти рублей. Узнав об этом, отец Павел Чернышев один передал Старцевым шестнадцать рублей. И, конечно, это был не единственный случай, когда отец Павел помогал нуждающимся.

В «Известиях Екатеринбургской Церкви» о нем впоследствии писали, что он «за свое бескорыстие был любим и уважаем своими прихожанами». Родственники вспоминают о нем как о достаточно строгом и очень порядочном человеке, ревностно соблюдавшем все церковные установления.

В 1908 году батюшку постигло тяжелое горе: при родах четвертого ребенка скончалась матушка Еликонида, не удалось спасти и младенца. Похоронили их на местном кладбище. На попечении отца Павла осталось трое подраставших детей. В том же году умер и его отец — иерей Иоанн Чернышев.

Отец Павел переносил скорби с большим мужеством и смирением. «Господь желая исцелить и очистить нашу душу от греха, много раз попускает скорбям и печалям постигать нас, чтобы очистившись, как золото в горниле, мы явились светлыми и чтобы, будучи утеснены здесь скорбями, всегда усердно притекали к Нему, ища Его помощи», – так пишут святые отцы. И отец Павел принимал скорби, как от руки Божией, и через это все более очищалась и делалась светлой его душа.

Батюшку часто посещали его многочисленные братья и сестры. В большой семье Чернышевых всегда царили любовь и единение, и для отца Павла и его родных было большой радостью собираться вместе в праздники. Они часто навещали друг друга и без особого повода, просто ради того, чтобы встретиться. Братья о. Павла Афанасий и Аркадий к тому времени были уже священниками, а третий брат, Михаил, — диаконом. Жизнь их текла мирно и спокойно, однако ее тихое течение прервали революционные события.Перед революцией отец Павел жил в Ново-Уткинском заводе один. Старшая дочь Наталья уехала в Новосибирск вместе с мужем, инженером, работавшим на строительстве железной дороги Москва-Владивосток. Сын Николай учился в Перми, а младшая дочь Елизавета — в Екатеринбурге. В 1917 году она вышла замуж за молодого фельдшера Германа Николаевича Армишева. Одиночество не угнетало отца Павла. Все его время было отдано молитве и служению, и Господь, как всегда, был его главной отрадой.

Мученический венец

«Гонение жесточайшее воздвигнуто на Святую Церковь Христову: благодатные таинства, освящающие рождение на свет человека или благословляющие супружеский союз семьи христианской, открыто объявляются ненужными, излишними; святые храмы подвергаются или разрушению чрез расстрел из орудий смертоносных, или ограблению и кощунственному оскорблению… Власть, обещавшая водворить порядок на Руси, право и правду, обеспечить свободу и порядок, проявляет всюду только самое разнузданное своеволие и сплошное насилие над всеми и, в частности, – над Святою Церковью Православной.

Где же пределы этим издевательствам над Церковью Христовой? Как и чем можно остановить наступление на нее врагов неистовых? Зовем всех вас, верующих и верных чад Церкви: станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери нашей…

А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою словами святого апостола: “Кто ны разлучит от любве Божия: скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч”».

Как набат звучали по всей России пламенные слова Святейшего Патриарха Тихона. Шел грозный 1918 год. Послание Патриарха зачитывали в храмах, передавали друг другу. Церковь готовилась к мученическому подвигу.

Страшным было для Ново-Уткинска лето 1918 года. Урал горел в огне Гражданской войны. В Екатеринбурге «царствовали» большевики, его называли красной столицей Урала. Это был крупнейший узел железных дорог и опорный пункт военных операций против белых. Части Белой армии и Чехословацкого корпуса с боями прорывались к Екатеринбургу. Ново-Уткинский завод располагался на пути наступавших войск…

Ситуация усугублялась тем, что в середине июня большевики жестоко подавили народное восстание в Невьянске, после чего начались массовые расправы с его участниками. Их розыском и арестом новая власть занималась с особым рвением. Одной из карательных команд руководил будущий участник убийства Царской семьи Петр Ермаков. Однако у местного населения восставшие обычно встречали сочувствие: крестьяне скрывали их от красноармейцев, кормили, оказывали необходимую помощь. Так было и в Ново-Уткинском заводе и его окрестностях.

Несмотря на тяжелую обстановку, отец Павел Чернышев продолжал свое священническое служение. Он не пытался спрятаться, скрыть свой сан, хотя видел, что красные беспощадно расправляются со всеми, кто казался им подозрительным, в том числе и со служителями Церкви. И конечно, находясь в эпицентре кровавых событий, отец Павел не мог избежать ареста. Большевики арестовали его вместе с сыном Николаем и зятем Германом Армишевым, а также еще несколько человек, обвинив в помощи повстанцам. Все арестованные были отправлены в Екатеринбург и заключены под стражу в Американской гостинице. Томительные семь дней провели узники в заключении. Все эти дни отец Павел усердно молился. Наконец, их освободили. Впоследствии в местной печати писали, что члены Уральской областной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем так и не смогли «придумать состав преступления». Бывшие узники тотчас же возвратились в родной поселок. С радостью вошел отец Павел в Успенский храм, приложился к святому престолу… Вновь он начал совершать службы, на которых теперь молился за всех людей, невинно убиенных большевиками. Однако служение его продолжалось недолго.

В теплый летний вечер батюшка, его дочь Елизавета с мужем и сын Николай спокойно ужинали у себя дома. Внезапно на пороге появились незваные гости – представители местного совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. Они пришли за отцом Павлом. Услышав, что его собираются арестовать, Герман Николаевич не смог молчать.

— А за что?! – с негодованием воскликнул он. – За что вы хотите арестовать невинного священника?

Молодой человек не мог поступить иначе, хотя он, конечно, понимал, что его ждет за это заступничество. Большевики, как и следовало ожидать, пришли в ярость.

— Ах, вам надо знать! — закричали они и забрали всех троих: отца Павла, Германа Армишева и Николая.

Вместе с другими заключенными их отвезли в Екатеринбург. Узники содержались под арестом, их выпускали только в храм. Побыть в храме было для них большим утешением. Отец Павел весь уходил в молитву – все скорби забывались, и перед его духовным взором был только Господь, Победитель всякого зла. Праведный Иоанн Кронштадтский писал о таком состоянии души: «Люблю я молиться в храме Божием, ибо чудно изменяюсь я во храме благодатью Божией; в молитве покаяния и умиления спадают с души моей терния, узы страстей, и мне становится так легко; и как бы умираю я для мира и мир для меня; я оживаю в Боге и для Бога; я делаюсь как дитя, утешаемое на коленях матери; сердце мое тогда полно пренебесного, сладкого мира; душа просвещается светом небесным; все светло видишь, на все смотришь правильно, ко всем чувствуешь любовь, к самим врагам, и охотно их извиняешь и прощаешь. О, как блаженна душа с Богом!»

Елизавета Павловна навещала отца и мужа, виделись они в храме. Однажды, приехав, как обычно в храм, родных она уже не застала – двоих из них уже не было в живых, одному удалось бежать.

Что же произошло?

7/20 июля отца Павла, Николая и Германа вызвали к председателю совета Мухину. Мухин и его товарищ Старков набросились на приведенных и долго издевались над ними, особенно над священником. Отец Павел переносил издевательства терпеливо и мужественно, пощады он не просил. Был вызван отряд красноармейцев. Солдатам приказали отвести арестованных якобы на окопные работы под село Арамильское. Ничего не подозревая, заключенные шли бодро. Кроме отца Павла с родственниками, было еще несколько человек. Около реки Сулимовки, когда до Арамильского оставалось еще около пяти километров, узники услышали окрик красноармейцев, которые следовали за ними на расстоянии пяти-шести шагов: «Не разговаривать и не оглядываться!» Вслед за этим грянули выстрелы. Отец Павел, юнкер Егоров, штабс-капитан Ждановских и служащий лесного ведомства Малинин были убиты сразу же. Один из арестованных, несмотря на тяжелое ранение, успел спуститься в притрактовую канаву, однако был убит вторым выстрелом. Герман Николаевич Армишев, раненный в руку, побежал, но от потери крови вскоре потерял сознание и был добит нагнавшими его красноармейцами. Совсем молодой человек, он разделил мученическую кончину со своим любимым тестем, потому что не побоялся за него заступиться. Николай Павлович Чернышев и еще один узник бросились в разные стороны и, несмотря на то что по ним открыли сильный огонь из винтовок и пулеметов, спаслись.

Через несколько дней, 12/25 июля, в Екатеринбург вступили части чехословаков и оренбургских казаков под общим командованием полковника С. Н. Войцеховского. Власть перешла в руки белых. Они сразу начали разыскивать останки тех, кто погиб от рук большевиков, чтобы совершить отпевание и погребение.

Отец Павел Чернышев и пострадавшие вместе с ним люди были найдены лишь через месяц после расстрела. 11/24 августа состоялось их погребение. Около одиннадцати часов дня на Уктусском тракте за Екатеринбургом гробы с телами убиенных были торжественно встречены горожанами. Многочисленная процессия во главе с духовенством и в сопровождении воинских частей медленно двинулась к Ново-Тихвинской обители. Здесь отца Павла и остальных погибших торжественно отпели в Александро-Невском соборе и похоронили на монастырском кладбище в общей братской могиле, в отдельных гробах.

Родственники убитых посещали их могилы, приезжала на кладбище и Елизавета Армишева. По воспоминаниям близких, она украшала могилу отца и мужа цветами и горько плакала. Однако вскоре она была лишена и этого печального утешения. Летом 1919 года Екатеринбург вновь заняли красные. В начале 1920-х годов Ново-Тихвинский монастырь был закрыт, в его зданиях разместили Дом Красной армии. Некрополь, располагавшийся вокруг Александро-Невского собора, постепенно сравняли с землей — от могил и художественных надгробий не осталось и следа…

Земная жизнь отца Павла оборвалась трагически, и большевики постарались стереть с лица земли всякую память о нем. Но в сердцах прихожан память о добром, трудолюбивом священнике осталась навсегда. И сам он – вечно живой, вместе с сонмами мучеников торжествует в Царстве Небесном, празднуя вечную Пасху. В служении и молитве он провел свою земную жизнь, с молитвой и надеждой на Бога принял мученический венец. О таких людях святитель Николай Сербский писал: «Мученики за Христа пели в темницах и на плахах, пели потому, что страдали за Христа с надеждой на Христа. И было легким бремя их страдания. И ныне есть в мире много христианских душ, которые с любовью несут служение ради Христа, которые терпят тяжкие болезни, поругания, клевету с надеждой на Бога живаго, Промыслителя. Этим великим душам иго воистину благо, а бремя легко. Ибо их любовь – Христос, их надежда – Христос». Для отца Павла Христос всю жизнь был главной опорой, надеждой и любовью, и наконец Он стал для него Вечной Радостью.

Ныне святой Павел Чернышев почитается в Екатеринбургской митрополии, в особенности там, где он когда-то служил, и в месте его последнего упокоения — в Александро-Невском Ново-Тихвинском женском монастыре. Написано житие отца Павла, создана его икона, в день памяти святого, 20 июля, совершаются торжественные богослужения.

И конечно, отец Павел тоже не забывает нас, тех, кто еще на земле, кто еще в пути. Он молится о нас, чтобы мы хранили в своих сердцах веру, помнили о том, что во Христе истинная жизнь, и чтобы Господь дал нам силу быть верными Его заповедям до конца.

И если есть у вас какие-либо скорби, молитесь священномученику Павлу, нашему небесному покровителю, просите его с верой и любовью, и он умолит Господа, чтобы Он помог вам и, главное, укрепил вашу душу, подал мужество, мир, радость о вечном Боге.

Святый священномучениче Павле, моли Бога о нас!

Послесловие. Судьба родственников отца Павла

Сын батюшки, Николай Павлович, спасшийся от расстрела, отступал с белыми до Новосибирска, где остался жить у старшей сестры Натальи и устроился работать извозчиком. Впоследствии он женился, у него родился сын Юрий.

Дочь священномученика Павла, Елизавета, в то время, когда убили ее отца и мужа, была непраздна. В декабре 1918-го она родила дочь Нину. Новая власть лишила вдову с младенцем жилья, они вынуждены были скитаться из дома в дом и очень бедствовали. Первоначально молодая мать работала в Ново-Уткинском заводе учительницей, а в 1924 году вторично вышла замуж — за преподавателя Константина Климентьевича Овчинкина, по воспоминаниям близких, очень доброго и кроткого человека. Они уехали в Ревдинский завод, через год в семье появилась дочь Наталья.

Елизавета Павловна всю жизнь проработала в начальной школе, веру сохраняла, но глубоко втайне, боясь даже своим детям рассказывать об их дедушке-священнике. В 1934 году Овчинкины переехали с Урала на Украину, а в 1937 м — в Краснодарский край, где прожили до своей смерти. Нина Германовна осталась на Украине и во время Великой Отечественной войны оказалась среди угнанных фашистами на работы в Германию. Там она вышла замуж и после окончания войны вместе с супругом переехала на постоянное жительство в США. Сейчас в Краснодарском крае живет правнук священномученика Павла Борис Овчинкин с дочерью Елизаветой. В США живут трое правнуков отца Павла и их дети.

У братьев отца Павла судьба сложилась различно, но все они до конца сохранили верность Церкви. Отец Афанасий служил в Сысертском районе вплоть до своей смерти в 1944 году. Отец Аркадий Чернышев скончался в годы Гражданской войны от тифа. Диакон Михаил Чернышев в июле 1918 года принял священнический сан и продолжал служение Церкви, несмотря на Гражданскую войну и развернувшийся большевистский террор. Он ревностно боролся с обновленчеством и неутомимо объяснял верующим, в чем заключаются заблуждения сторонников обновленческого раскола. Когда церковь, где служил отец Михаил, закрыли, батюшка продолжал совершать богослужения у себя на дому. В январе 1933 года отца Михаила арестовали и выпустили на свободу через два с половиной месяца. Вернувшись домой, он всего через несколько дней скончался, не перенеся тягот заключения. Это произошло 30 марта 1933 года, батюшке было шестьдесят восемь лет.

В следующем, 1934 году скончалась в возрасте девяноста лет мать священномученика Павла и этих ревностных священнослужителей, Александра Александровна. Похоронена она была рядом с сыном Михаилом на Ивановском кладбище Екатеринбурга, тогдашнего Свердловска.

Сейчас в Екатеринбурге живет родственница священномученика Павла – правнучка его родного брата, отца Афанасия Чернышева, Надежда Кременева.